Есть у российских аналитиков интересная привычка — пытаться загнать электоральные процессы в формальную логику.
Топливный кризис? Коррупция в верхних эшелонах? Цены растут? Депр в массах? Ну, значит, народ должен голосовать за оппозицию. Ведь против власти же должен?
По формальной логике, наверное, должен. Но так исторически сложилось, что у русских не только собственная гордость, но и логика. Нет здесь последовательных формально-логических конструкций, где из причины вытекает следствие.
В понедельник многие снова будут разводить руками, мол как же так? Такая ситуация за окном, а народ — как всегда.
Тут, на самом деле, конструкция сложная и, одновременно, простая. В чем-то, как ни странно, напоминает американскую модель, где общество по политическим предпочтениям системно поделено на 2 уверенные в своей правоте группы. В России мотивация иная, но суть та же. Люди в принципе либо за власть, либо против. Оперативная обстановка, непопулярные реформы, уровень тревожности и т. д. не могут кардинально изменить расклад. Граждане предпочитают подстроить свою жизнь под изменения, неважно, в лучшую они сторону или в худшую, нежели попытаться изменить систему. Это, кстати, хорошо видно на процентах партии власти. В 2007, 2014, 2018, 2021, 2025 гг. они были плюсминус одни и те же, отличия математически несущественны. Не мысли россиянин в той логике, что если жизнь ухудшилась, я хотел бы сменить власть. И наоборот, даже если бы тут жизнь пошла, как на Бора-Бора, сегодняшние скептики все равно были бы против.
Такая в России модель электорального поведения в XXI веке. К иной пока перейти не готовы.
Что может изменить модель? Вероятно, только резкое, масштабное обнищание населения, неспособность критической массы людей удовлетворять базовые потребности. Тогда они, очевидно, захотят и потребуют перемен. Не хотелось бы, честно говоря, при этом присутствовать.
