Коллеги интересно рассуждают о свободе слова в современном обществе, условиях ее достижения. Вот же, казалось бы, незыблемая ценность, априорная форма, о которой спорить все равно, что о таблице умножения. Но так было несколько лет назад. А с высоты 2025 года все, как говорится, не так однозначно.
Неожиданно для многих выяснилось, что свобода слова — классическая кантовская вещь в себе. Каждый ее понимает по-своему. Дискуссия о свободе слова до боли напоминает давно истлевшие фейсбучные* диспуты об абсолютной истине. Так получается, что свобода слова — лишь инструмент в борьбе пропаганд. Каждая из сторон в информационной войне указывает, что у противника нет этой свободы. Указывает, разумеется, аргументированно. Тут-то и вскрылся секрет Полишинеля — никакой свободы слова в абсолютном идеалистическом понимании не существует. Ни на Западе, ни на Востоке — нигде.
Впрочем, вскрытие секретов Полишинеля — это полбеды. Беда, как водится, оказалась в том, что самые рьяные борцы за эту свободу на поверку оказались наиболее злобными тоталитарными карликами. Если на предмет российской госпропаганды иллюзий и прежде не было, то от т. н. «независимых медиа, выбравших свободу», многие ждали честной позиции. А получили мещанские разборки, грязное белье и тупую, примитивную, местами русофобскую пропаганду.
В общем, свобода слова — иллюзия. У каждого эта свобода своя, со своими блэк-джеком и падшими женщинами. А если кто-то выпрыгивает из штанов, рвет на себе рубашку, дескать он тут независимый и свободный — не верьте, вам цинично и демонстративно лгут прямо в лицо.
Facebook принадлежит Meta, признанной экстремистской и запрещенной в РФ
